Часть 13. Fiore di pietra «Firenze». Каменный цветок «Флоренция…»

А может быть, «Цветущая». А может быть, «Цветник»…

Небольшое предисловие.

Я уже опубликовал довольно много фотографий, сделанных в разных городах Италии, и на часто на них в объектив попадали толпы посторонних (незнакомых мне) людей. Это как раз те люди, про которых в России народ сердито говорит: «Понаехали тут, не проедешь, не пройдешь…» Итальянцы о туристах говорят и думают по-другому — для многих они хороший заработок…

И ещё. В Италии, наверное, чаще, чем в других странах Европы, произношение названий городов довольно сильно отличается от произношения русского: Рим — Roma, Неаполь — Napoli, ну и так далее. Особую строку в этой непонятке занимает Флоренция — название её переводится, как цветок или цветочный город, или даже — цветочница, хотя русские туристы, прибыв во Флоренцию, сразу гордо подмечают, что по-русски произношение названия города «Флоренция» больше соответствует богине Флоре, чем итальянское: «Фиренце». Значит, мы ближе к античности, чем итальянцы, или даже греки, может, и древнее всех их. И никто не может объяснить, почему от этого гордость именно у русских… Но это так, в виде шутки, хотя, как говорится, только доля шутки в ней есть.

Хотя в Италии, судя по всему, можно столкнуться со всякими явлениями, например, большой немецкий город Мюнхен по-итальянски произносится и пишется как столица маленького княжества «Monaco». Однажды на вокзале Болоньи я ждал поезд из Неаполя, чтобы ехать в Мюнхен, но на большом табло-расписании движения в главном зале вокзала уже светился поезд «Napoli – Monaco», а поездом мюнхенским и не пахло. Я понимал: княжество Монако — от Болоньи практически в одну сторону с Неаполем, — то есть, противоположную Мюнхену, иначе получается, что из Ростова в Краснодар нужно ехать через Воронеж. И от такой ситуации я сильно нервничал, потому что время до отхода моего поезда «подпирало», а его всё не было, и даже спросить я ни у кого не мог — не знаю итальянского, а работники вокзала, естественно, — русского. Хорошо, что вспомнил и позвонил переводчице, которая с нами работала на «Fiere», от неё-то я с удивлением узнал, что в Италии так бывает: всем известные большие города, которые называются так же, как маленькие княжества, — поди, разберись сразу...

Поспешно, но я успел сесть в свой поезд. Оказалось, это он и шёл в Мюнхен. Ещё пять минут моих вычислений, и у меня добавилась бы ещё одна очень большая проблема…

Я точно не знаю и не могу сказать, насколько велика роль, в общем-то, не очень большого города Флоренции (400 000 человек населения) в истории, культуре и искусстве Италии, но мне кажется, что в этой сфере Флоренция уступает только Риму.

Когда-то здесь правили герцоги Флорентийские Медичи, а в 1569 году за особые заслуги перед городом и Священной империей герцог Козимо Медичи получил от папы Пия V титул королевского уровня «Великий герцог Тосканский Козимо I» с правом обращения к нему, как к принцам крови: «Ваше королевское высочество». Огромную роль в развитии Флоренции сыграли и другие Медичи. Можно вспомнить и покровительницу искусства королеву Франции флорентийку Екатерину Медичи, жену французского короля Генриха II и мать трёх французских королей. Француз Александр Дюма, хотя и несколько искажённо, но подробно, написал о ней в своём всемирно известном романе «Королева Марго»…

Флоренция буквально набита историей итальянской культуры и культурными историями и традициями.

Река Арно делит город на две, почти равные части. На горизонте со всех сторон видны опоясывающие город цепи гор. Но сам город стоит на равнине, что характерно для Италии — чередование гор и равнин.

Самый знаменитый исторический объект города, куда по традиции первым делом спешат, только что прибывшие во Флоренцию, туристы, — это огромный бронзовый кабан, известный почему-то как фонтан Порчеллино, (никакой воды возле него я не увидел) установленный у лоджии Меркато-Нуаво («Нового рынка») в историческом центре Флоренции. Нос кабана отполирован за годы миллионами туристских пальцев так, что мощно светит на солнце вам прямо в глаза, точно морской прожектор. Ведь каждый турист, по прибытии во Флоренцию, должен, прежде всего, попасть сюда, что бы потереть нос кабана и получить от него удачу на все дни пребывания в городе. Если, конечно, доберётся до носа в ежедневной толкотне туристов и частокола, жаждущих кабаньего благоволения, рук.

Что хорошо во Флоренции, так это то, что все важные и интересные для посещения туристов центры, находятся не так уж далеко друг от друга, что при передвижении по городу немаловажно. В древности город был небольшой, как я думаю, потому и застроился так для удобств будущих туристов…

От кабана наша группа кучно двигается далее по историческому центру Флоренции к площади «Пьяцца делла Сеньория», на котором возвышается Паллацио Веккио — бывшая мэрия старой Флоренции. Это кубовидное четырехэтажное здание, над которым возвышается надстройка в виде отдельной башни на крыше высотой, примерно, ещё на четыре этажа и расширенной площадкой наверху. Башня эта не просто, так сказать, архитектурное излишество на здании мэрии, башня эта прежде имела своё особое и конкретное назначение: в мэрии, помимо всего остального, находился и городской суд, который разбирал дела преступников и выносил одно из двух решений: либо — в тюрьму, вероятно, в подвале мэрии (судя по маленьким окошкам подвального помещения), либо — смертная казнь, которая тут же приводилась в исполнение при помощи всё той же башни — преступников просто сбрасывали на мостовую площади с верхней площадки башни, высота которой гарантировала мгновенную смерть.

Словно замершие стражи у мэрии находятся две скульптуры: слева от фасада скультура-фонтан Нептуна, справа — знаменитейший на весь мир Давыд работы Микеланджело (подлинник, несмотря на наличие множества его копий), в тени которого так любят часами отдыхать множество женщин…

Напротив Сеньории, через площадь, стоит здание, очень похожее на мэрию, наверное, оно выстроено так специально. Это так называемый, «Дом купцов». Купцы приезжали торговать в столицу герцогства Флорентийского или ещё по каким-то делам, а ночевать им с удобствами было негде. Они «не стали ждать милости» от «начальства», а скинулись и построили себе вполне приличный дом-гостиницу. Ну, что-то вроде наших Домов Колхозника, по тем временам, шикарных. И тем решили вопрос.

А вот справа от здания мэрии находится знаменитая галерея Уффици. Её история насчитывает свыше 500 лет. Она имеет более 100 залов, и собраны в ней знаменитые работы итальянских мастеров от Джотто до Караваджо. Само здание галереи строилось более 20 лет по проекту зодчего Джорджо Вазари, как дворец для судебных и административных учреждений («Уффици» в переводе с итальянского значит «канцелярия»), и закончено строительством к 1560 году. Однако, правивший к тому времени старший сын Козимо I Франческо I решил превратить здание в огромное частное музейное пространство, — сюда перевезли все ценные художественные произведения из коллекции династии Медичи, на тот момент разбросанные по разным виллам и палаццо. По инициативе Франческо I  в Уффици появился и роскошный зал «Трибуна», отделанным цветным мрамором и полудрагоценными камнями.

Сегодня галерея Уффици во Флоренции — один из самых популярных в мире музеев, ежегодно его посещают более двух миллионов человек.

До базилики «Санта Кроче» — церкви «Святого Креста» тоже не далеко. Базилика «Санта Кроче» — крупнейшая в мире францисканская церковь, и одна из самых популярных жемчужин храмовой архитектуры, известной как флорентийский пантеон выдающихся людей Флоренции. Всего в базилике упокоилось около 300 человек, в их числе такие великие деятели Италии, как Галилео Галилей, Микеланджело Буонаротти, Николо Маккиавелли, композитор Джакомо Россини, Здесь должен был похоронен и Данте Аллегьери, был даже приготовлен саркофаг, но в последний момент его почему-то похоронили в другом месте.

По пути к базилике проходим входные двери магазина «Vittorio», над которыми висит отметка подъёма воды реки Арно во время наводнения 1966 года. На мой взгляд, высота отметки где-то 220 – 240 сантиметров. Прилично, хотя сама река не выглядит многоводной и бурливой. И даже не верится, что её вода может так подняться. Но рядом горы, способные собирать большую воду.

У входа в базилику спорят две толстых русских тётки, «которые всегда всё знают». Предмет спора — скульптурный памятник слева от входа с латинской надписью «Данте Аллегьери».

Одна уже на высоких тонах говорит:

— Я же тебе говорю, потому что знаю точно, что Данте — это писатель, который написал комедию, а на памятке написано… — слегка заикаясь, читает:

— …какой-то  Ал-легь-ери. А такого писателя у них не было. Я точно знаю, это не тот Данте…

Я решил помочь оппонентке найти истину, вмешался и, сказал, что это одно и тоже лицо. Данте — имя, Аллегьери — фамилия. Они посмотрели на меня, как на придурка, конечно, не поверив моим знаниям, потому зависли в споре и остались при своих, и вдруг поспешили переключиться на другой спор: в этот момент одна из них заметила на фронтоне над входом в христианскую базилику большую звезда Давыда? Сразу возник вопрос: почему? Судя по всему, ответ у них уже был, и они прибавили шагу, чтобы снова без помех поспорить. Да, ну их! Не люблю я таких за то, что они, не зная ничего, всё знают. Особенно тех, кто в юбках.

О звезде Давыда кто-то спросил у гида. Девушка рассказала, что звезда Давыда на христианском храме подразумевает Ветхий Завет.

Всё было просто и ясно.

Вообще, Флоренцию можно сравнивать с художественно оформленной шкатулкой, в которой хранятся редкостные драгоценности.

Пока мы бродили по переходам Санта Кроче, я на минуту отвлёкся, и этого вполне хватило, чтобы группа наша исчезла. Я побежал сюда, побежал сюда — никого. Вспомнил, что далее мы должны были посетить величайшее архитектурное сооружение эпохи возрождения — собор «Санта-Мария-дель-Фьоре» (собор «Святой Марии с цветком»). Где он находится, не знаю. Итальянского языка — тоже, спросить не спросишь. Побежал наугад, и как потом оказалось, в противоположную сторону. «Методом тыка», как говорится, пытался и вышел на стоянку наших туристических автобусов, которые здесь нас высадили утром и теперь ждали. То есть, прибежал туда, откуда вышел. Разочарованный, пошел вдоль реки Арно к мосту Веккио, — собора, я знал от гида, что после собора группа собиралась идти во дворец Медичи, а это обязательно через этот уникальный мост

Уже через несколько лет, дома я посмотрел по телевизору документальный фильм о строительстве собора «Санта-Мария-дель-Фьоре» и как бы компенсировал свой флорентийский пробел, вспомнил, как бегал по горячей Флоренции, и скажу вполне честно, что эти воспоминания не стали для меня неприятными. А сооружение действительно было уникальным, особенно, его главный купол…

Наша группа уже была на мосту Веккио. Да, мост Веккио — это уникальное флорентийское строение, потому что, во-первых, это не только пешеходная (а когда-то и кареты по нему ездили) переправа через реку Арно, но и продолжение городских кварталов от центра Флоренции до дворца Медичи «Паллацио Питти». Во-вторых, на мосту находится единственный в округе источник питьевой воды, — питьевой фонтанчик, возле которого постоянно толпится очередь. В-третьих, мост застроен по краям какими-то лавками, магазинчиками, и даже жилыми домиками, вплотную по обеим сторонам противоположного берега расходилась, нависая над водой, плотная городская застройка, — всё это у таких приезжих, как мы, вызывает большой интерес, потому что в России  застройка мостов не принята.

Перешёл реку по мосту и увидел нашу группу. Впереди, на пологом взгорке нас встречал дворец Медичи «Паллацио Питти» — резиденция флорентийских герцогов, — огромное и богатейшее сооружение.

«Паллацио Питти» буквально «набит» всем тем, что и сегодня не потеряло свою ценность, и даже прибавило. По большому счёту, сейчас мне и вспомнить о нём довольно трудно, настолько здесь много всего, что можно было бы запомнить, но для этого, как и в нашем Эрмитаже, нужно было потратить несколько дней. Но для общего знакомства можно осилить экскурсию в несколько часов. Единственный недостаток экскурсии то, что она фактически последняя в программе, и к моменту выхода группы к садам Боболи — огромного субтропического парка при дворе «Питти», туристам уже хочется ни его лужаек и скамеек, а побыстрее вернуться в свой автобус, «ибо ноги уже не держат…»

Сады Боболи нам показали как бы со стороны — мы прошли рядом с ним через внутренний дворик дворца, мимолётно рассматривая его аллеи и растительность сквозь ограждение парка, расположенного как-то непонятно, но несколько выше уровня внутреннего. Всё было очень красиво, но уже физически нежелательно…

Возможно, нам пора уже было перемещаться в Пизу к «Падающей башне», — благо, что она не так далеко, и автобус уже воспринимался нами, как место отдыха…

2005 год.

Часть 14. Piza e Termi. Пиза и Термы

(Продолжение следует)